Городская администрация планирует расширить перечень профессий, в которых мигранты с патентом не смогут работать, включив в него торговлю и индустрию красоты. Проект уже доступен в разделе антикоррупционной экспертизы.

Слушайте, я сам уже видел, как мигранты‑патентники вытесняют местных в самых разных прилавках, и теперь в Петербурге вновь собираются менять правила игры.

Что готовят?

Новый проект, к которому уже прикрепили «антикоррупционную экспертизу», обещает отрезать ветку, где иностранцы работают продавцами — от крошечных киосков до огромных галерей, словно стригут ветки, чтобы дерево не росло слишком густо.

• Запрет на должности продавцов в розничных точках.
• Исключение из сферы красоты: парикмахерские, косметологические кабинеты, салоны маникюра.
• Расширение перечня отраслей, где патент будет признан недействительным, без уточнения новых категорий.

Чиновники уверяют, что цель — «сбалансировать конкуренцию» и положить конец «несправедливой эксплуатации» труда. Но разве действительно стоит лишать людей возможности зарабатывать?

Контекст и последствия

Сейчас мигрантам‑патентникам разрешено работать в тяжёлой промышленности и строительстве, а продажи и услуги красоты, как будто, только что стали табу. Как будто пытаются вычеркнуть их из тех ниш, где они уже давно, как утренний кофе в метро, стали привычным ароматом.

Я помню, как в небольших лавках без этих людей просто не могли закрыть кассы: вакансии заполнялись мгновенно, а местных соискателей мало. Если запрет вступит в силу, кто же будет заполнять пустующие места? Подешевеют ли цены для покупателей, или же всплывет подпольный рынок, где патент превратится в пустой листок?

Где узнать детали?

Документ опубликован на официальном портале городской администрации в разделе, посвящённом антикоррупционной экспертизе. Именно там каждое нововведение проверяют на соответствие закону и принципам открытости.

Сомнений у меня нет: вопросов будет много. Насколько оправдана эта «анти‑мультиэтничная» политика? Какие альтернативы предложат бизнес‑сообщества? И как изменится ежедневный ритм работы тысяч мигрантов, чей патент вдруг окажется лишь бумагой без силы?